Эволюция жилища туркмен: от юрт к элиткам

0
1680
Недавно, Ашхабад вошел в книгу рекордов Гиннеса, как самый беломраморный город планеты. Столичное элитное жилье в Туркмении, ставшее привычным для местного населения, продолжает будоражить разум гостей Ашхабада.

А как жили туркмены раньше, и как эволюционировало жилище туркмен, представляет интерес своим контрастом и стремительностью.

Работы советских исследователей — архитекторов, археологов и этнографов по изучению туркменского народного жилища доказали несостоятельность господствовавшей до сих пор теории о том, что туркменский народ в прошлом не имел оседлого жилища, а пользовался только переносным — юртой.

Теперь уже досто­верно выяснено, что оседлое жилище в XIX в. бытовало наряду с юртой, а в некоторых районах и преобладало.

В то же время у некоторых турк­менских племен юрта издавна была основным, а иногда и единственным видом жилища.

Преобладание юрты объяснялось исторически сложивши­мися условиями жизни: необходимостью быстрых перекочевок в случаях военной опасности, с одной стороны, и ролью скотоводства в хозяйстве туркмен — с другой.

Туркменская юрта — ой, гара-ой, сохраняющаяся до настоящего вре­мени в качестве летнего или декоративного жилища, состоит из деревянного остова и войлоч­ного покрова.

Туркменское оседлое жилище по внешнему облику имеет много об­щего с жилищем других среднеазиатских народов — узбеков и таджиков но вместе с тем отличается рядом своеобразных черт.

Больше того, в са­мой Туркмении, в соответствии с природными условиями, историческим прошлым и этническими традициями, могут быть ориентировочно выделе­ны три района, в каждом из которых оседлое жилище прошло свой путь развития, вследствие чего оно до сих пор еще сохраняет некоторые осо­бенности. В недавнем прошлом эти районы отличались один от другого и по характеру поселений, и по типу жилища.

Первый район — южная и юго-восточная Туркмения. Здесь следует выделить два подрайона: Ахальский и Атекский оазисы с долинами север­ного Копет-Дага и Мургабский оазис на всем его протяжении.

Второй район включает северную и восточную части Туркмении. Здесь также дол­жно быть выделено два подрайона: туркменские районы Хорезмского оазиса и все приамударьинские районы восточной Туркмении.

Третий район охватывает запад Туркмении и прикаспийские селения.

В долинах северных склонов Копет-Дага, а также в Ахальском и Атекском оазисах оседлое жилище имеет давние традиции.

Эти рай­оны еще задолго до прихода в них текинцев (80-е годы XVIII в), были заселены небольшими оседлыми туркменскими племенами (алили, кара- дашлы, емрели, нохурли, мурчали, анаули), которые часто подверга­лись опустошительным набегам хивинских и бухарских ханов, стремив­шихся подчинить их своей власти.

Постоянная угроза нападения заставляла туркмен строить глинобит­ные крепости — гала, приспособленные для обороны (селения Пештак, Анау и др.). Чаще всего поселение располагалось внутри крепости, иног­да выходило за ее пределы, но усадьбы строились неподалеку от крепости с таким расчетом, чтобы в случае нападения неприятеля можно было быст­ро укрыться за ее стенами.

Для наблюдения за безопасностью по краям крепости строились сторожевые двухэтажные башни — дин, такие же башни были почти при каждой усадьбе — они служили местом укрытия членов семьи в периоды военной опасности. В нижний этаж башни вхо­дили через небольшую дверь. В верхнее помещение проникали изнутри через узкий лаз в потолке первого этажа или же по при­ставной лестнице через отверстие в наружной стене башни. Жилые пост­ройки сооружали из сырцового кирпича, реже строили глинобитные дома.

Селения были довольно крупными, иногда в них проживало до 1000 се­мей, обычно представителей одного племени. В горных долинах северных склонов Копет-Дага крепости и большинство жилых построек были выстро­ены из камня и лишь небольшая часть домов из сырцового кирпича.

Поселившись в конце XVIII в. в оазисах Ахала и Атека, текинцы, в отличие от своих предшественников, укрывались в крепостях лишь в военное время. Их крепости были меньше укрепленных поселений назван­ных выше аборигенов оазиса.

Первоначально текинцы строили крепости для защиты целой родовой группы, позднее, в XIX в., появились текинские усадьбы-крепости, вы­строенные для одной семьи и поэтому совсем небольшие. В них, как и в более крупных текинских крепостях, было мало жилых построек.

Текин­ская крепость была квадратной или прямоугольной в плане, с угловыми башнями — бурч. В центре ее было совершенно свободное пространство, а у стен — несколько жилых и хозяйственных помещений.

В мирное вре­мя эти постройки, как и свободное пространство внутри крепости, служили для хранения запасов зерна и другого продовольствия. Население жило в юртах; их переносили в зависимости от сезона или на окраины возделыва­емых полей, или к ближайшим пастбищам.

Аулы текинцев состояли чаще всего из юрт, располагавшихся на территории аула группами по три-четыре хозяйства. Величина аулов была различна. В оазисе встречались аулы до 500 юрт и больше. На кочевьях, в песках аулы располагались вокруг колодцев (или колодца), в них жили небольшие родственные группы из 5—10 юрт (хозяйств). Один от другого аулы находились обычно далеко.

На границах селений, при выходе из долин стояли сторожевые башни, глинобитные в оазисах и каменные в горах.

Значительная часть населе­ния не жила в аулах круглый год, наиболее зажиточные уходили весной со скотом в пески.

В течение всей первой половины XIX в. жившие в Мургабском оазисе сарыки и салыры подвергались опустошительным нашествиям войск хивинских ханов и иранских шахов.

К этому времени такие крупные горо­да средневековья, как Мерв и Серахс, лежали в развалинах. Население укрывалось от завоевателей в громадных крепостях, часть которых была выстроена на месте старых, средневековых. В оазисах существовали в открытые ремесленные поселения

Обосновавшиеся здесь после 1855 г. текинцы застали в селениях жилые постройки из сырцового кирпича, особенностью которых были сводчатые купольные перекрытия, что придавало селениям своеобразный облик. Усадьбы примыкали одна к другой, в углу каждой из них возвы­шалась двухэтажная башня, игравшая в одно и то же время роль хозяй­ственного и оборонного сооружения.

В Мервском оазисе текинцы, которые начали проникать сюда еще с конца XVIII в., к моменту присоединения к России уже перешли к осед­лости, но большинство из них все еще продолжало жить в юртах. Их селе­ния, как и селения текинцев Ахала, представляли собой группы юрт, до­вольно часто менявших свое расположение. Однако во многих селениях наряду с юртами и рядом с ними были постройки из сырцового кирпича с плоскими балочными и купольными перекрытиями; для богатых они служили местом хранения вещей и продуктов, а для бедноты и средней по зажиточности части населения — жилищами.

Туркмены, населявшие Хивинское ханство, а также жившие на бере­гах Аму-Дарьи в пределах Бухарского ханства, в XIX в. имели иные фор­мы жилища. Для этих районов был характерен хуторской тип расселения.

Усадьбы — ховлы — располагались в 200—500 м одна от другой, обычно группируясь по родственному признаку. Каждая усадьба представляла собой небольшую крепость, прямоугольную в плане, обнесенную высо­кой глинобитной стеной — дивар. Углы усадьбы и вход в нее нередко оформлялись в виде узких башенок. Такие башенки были особенно характерны для усадеб средней Аму-Дарьи.

Каждая усадьба включала в себя и жилые и хозяйственные построй­ки, глинобитные или каркасные, перекрытые общей крышей.

Среди хозяйственных построек значительное место занимали помеще­ния для скота: лошадей — атхана, сейисхана, верблюдов — дуеятак, овец — малхана, гоюнятак) сараи для сена — саманхана. Кладовые — амбар, учек, телек — располагались неподалеку от жилых помеще­ний; часто под кладовую использовали второй этаж, образующий башен­ку, возвышающуюся над стенами ховлы.

На усадьбах в зажиточных хозяйствах встречались помещения с мельничными установками — харазхана, кеш-кеш и маслобойни — щу- вазхана. В усадьбах богатых хорезмских туркмен жилых помещений было немного. Центральное место в таких усадьбах занимала мыхман- хана — помещение для гостей. Для жилья в туркменских усадьбах Хо­резмского оазиса, как и у части эрсаринцев Аму-Дарьи, во дворе ставили юрты.

Непременным элементом усадьбы был эйван — терраса; у хорезмских туркмен часто встречались терсэйван — террасы, обращенные на север и вынесенные за стены усадеб. В усадьбах приамударьинских туркмен было много зелени.

Усадьбы на мужскую и женскую половины делились главным обра­зом у зажиточной части населения и чаще у приамударьинских туркмен. Наряду с общими чертами усадьбы приамударьинских и хорезмских турк­мен имели свои особенности.

Так, усадьбы хивинских чоудоров и гокленов отличались очень интен­сивной застройкой и походили на усадьбы оседлого узбекского населе­ния оазиса. Весьма своеобразны были усадьбы йомутов и емрели в запад­ных районах оазиса. Хозяйственные и жилые постройки располагались вдоль стен, а середина двора оставалась свободной. Здесь зачастую ставили до четырех юрт.

Особый характер имели в XIX в. поселения полукоче­вых туркменов-йомутов по Дарьялыку. Они располагались внутри гли­нобитных укреплений — серкер — и состояли как из многокамерных, так и из одно-, двухкамерных жилых помещений, в которых население жило в периоды военных столкновений с казахами. В мирное время йомуты пере­селялись на берега каналов, выведенных из Дарьялыка, где находились их поля, и жили в землянках или юртах.


Очень простым по устройству жилищем, сохранившимся до настояще­го времени в качестве хозяйственного помещения, был шалаш—чатма— из ветвей кустарника, камыша или дерева, с крышей из хвороста. В таких шалашах, обмазанных глиной, жили обычно бедняки.

На западе Туркмении скотоводы йомуты и текинцы, кочевавшие в песках, жили в юртах, которые они утепляли на зиму внешними загородками из хворос­та или циновками, обмазанными глиной. В холодные зимы домашний скот держали около юрт или в камышовых загонах, поставленных в закрытых от ветра местах.

По мере увеличения значения жилищ постоянного типа все большую роль стали играть постройки, называемые кепбе.

Они сооружались из камышовых циновок, укрепленных между угловыми деревянными стойками и обмазанных глиной изнутри и снаружи.

Постепенно из простейше­го типа однокамерных помещений эти постройки превращались в много­комнатные — тамкепбе, по типу и планировке приближавшиеся к гли­нобитным домам— там. Крышу тамкепбе делали из тонких жердей, при­крытых сверху камышовой циновкой, поверх которой накладывали слой земли; сверху крышу обмазывали глиной.

Марыйские текинцы строили тамкепбе с плоско-двускатной крышей. У них же, а южнее у сарыков, на средней Аму-Дарье и у гокленов Сумбара и Чандыря довольно широко было распространено круглое кепбе со сферической крышей, по­вторяющее форму юрты.

Для сооружения тамкепбе не требовалось боль­шого количества рабочих рук и особого мастерства. Поэтому такой тип жилища получал все большее распространение у средних слоев населе­ния, занимавшихся земледелием. Таким способом сооружались и различ­ного рода хозяйственные постройки.

Уже в колониальный период по мере вытеснения юрты стал меняться и облик жилых домов.

В глинобитных и кирпичных постройках окна, хотя и небольших размеров, устраивали не под крышей, как раньше, а в середине стены, в них вставляли иногда уже не бычий пузырь, а стекло, благодаря чему свет проникал в помещение и в зимнее время.

Коптя­щий светильник — чыра в семьях состоятельных туркмен был заменен лампой, хотя в домах бедняков он сохранялся еще долгое время.

Современное жилище туркмен, унаследовавшее традиции старого, до­революционного жилища, имеет вместе с тем много нового, появившегося в результате влияния русской культуры, а также вслед­ствие роста общей социалистической культуры и благосостояния колхозного крестьянства и городского населения.

В Советском Туркменистане выросли колхозы поселки, поселки городского типа и новые города.

Наиболее распространен при строительстве домов в сельских местно­стях традиционный способ пахсовой кладки (из битой глины).

На берегах Каспийского моря, на о-ве Огурчинском и п-ве Челекен для строительства используется привозной лес, так как глина здесь пропитана солью и непригодна для кладки.

В связи с постройкой в новых поселках домов городского типа возник­ла необходимость в подготовке квалифицированных строительных рабо­чих.

В Ашхабаде созданы курсы для обучения колхозников строитель­ным специальностям. Так появились местные каменщики, плотники, кро­вельщики.

Дома в туркменских селениях, в общем типичные для Средней Азии, как правило, небольших размеров, с плоской крышей, часто с крытой ве­рандой — эйван, выходящей на теневую сторону.

В городах, прикаспий­ских селениях и в некоторых типах домов Марыйской области крыши де­лают двускатными.

В новых поселках большинство домов в той или иной мере приближает­ся к типу городских, отличаясь от них степенью сохранения националь­ных форм. Это выражается и во внешнем виде и во внутренней планировке, которые обычно характерны для каждой отдельной группы районов.

Наиболее значительные изменения во внешнем облике селений про­изошли в северных и восточных районах республики, где до начала 1940-х годов сохранялся хуторской тип расселения, а также в западной Туркмении, где на смену кочевому аулу пришло поселение оседлого типа, с домами вместо юрт.

В долинах Копет-Дага и в Ахальском оазисе сохраняются старые по­селения; из них некоторые возникли еще в XIX в.

Однако большая часть домов селения перестроена заново; они имеют большие застекленные окна; стены изнутри и снаружи побелены известкой.

Как и прежде, дома сохраняют плоские крыши и чаще всего юго-восточную ориентацию, что не исключает и другие варианты. Сады и виноградники размещаются от­дельно от селения, вдоль главного водного источика или его боковых от­ветвлений. Около домов располагаются хозяйственные постройки и не­большие приусадебные участки, занятые огородными культурами шга джугарой. Нередко усадьба состоит из нескольких домов близких родст­венников (братьев, отца с сыновьями).

В большинстве остальных районов Туркмении после укрепления кол­хозов начали возникать колхозные поселки с правильно распланирован­ными улицами, приусадебными участками, засаженными.

После страшного землетрясения в 1948-м году, когда Ашхабад был практически сравнят с землей, правительство пересмотрело принципы плаировки и строительства в этом регионе.

Вплоть до эпохи хрущевок и брежневок в Ашхабаде не строилось жилье выше 2-3-х этажей. Но с появлением новых технологий, начала расти и этажность зданий.

Облик города и периферии начал сильно отличаться как инфраструктурно,так и архитектурно.

В настоящее время в стране принята программа, создания новых современных поселков и поселений, а также иницирована пилотная программа по переселению населения из жилья из районов мало пригодных для проживания, в села современного типа.

Очевидно, что в условиях современных технологических возможностей и повышения благосостояния государства, постепенно будет модернизированы все населенные пункты, и наблюдающийся инфраструктурная разница между сельским поселением и городским будет стремительно сокращаться.

Но, несмотря на стремительный прогресс экономики и строительной отрасли, туркменская юрта не теряет своей актуальности. Её часто ставят на торжествах, в частных домовладениях и ресторанах.

И всё таки, совеременные элитки не могут воссоздать ту атмосферу и запах настоящей туркменской юрты и костра.
Подробно: Источник
Похожие публикации
Комментарии
Для того, чтобы оставить комментарий, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь
Комментариев еще нет
Рейтинг@Mail.ru